Строить на совесть, или Как избежать синдрома «Бесобы»

На очередном заседании клуба Института политических решений (КИПР) спикеры пытались убедить, что случившийся в Караганде инцидент в микрорайоне «Бесоба» – нелепая случайность, а не закономерность вследствие коррупционных составляющих, с которыми сопряжен строительный бизнес.
Первый выступающий, директор представительства АО «Фонд недвижимости «Самрук-Казына» в Алматы Сергей Лазарев, предложил в качестве эталона опыт контроля в своем ведомстве. По словам спикера, используемая фондом схема позволяет в разы снизить коррупционную составляющую, которая, к сожалению, существует еще при закупе стройматериалов. Ее механизм заключается в том, что оплата происходит только по факту поставки. К примеру, продукция поставщиков металлопроката (объемом до 6-8 тысяч тонн) проходит сначала лабораторную проверку, и уже потом осуществляется оплата. Проверка также дает возможность отсеять недобросовестных поставщиков, каковых, к несчастью, не так уж мало.
Поскольку фонд недвижимости выступает одновременно и в роли инвестора, это позволяет ему осуществлять финансовый контроль и, в частности, предотвратить незаконный вывод денег из строительства. Но так ли хороша эта схема? По мнению генерального директора ТОО «Береке-КАБ» Кумара Мусаева, сегодняшние принципы контроля не соответствуют требованиям времени. И тот факт, что ближайшие десять лет ожидается небывалый рост жилищного строительства, у специалистов, выступающих за качественное жилье, энтузиазма не вызывает: «Это может привести к растущей халтуре, и вместо комфортного жилья мы получим трущобы», – убежден Мусаев.
Он привел несколько аргументов малоэффективности существующей системы государственного контроля за качеством строительства жилья. Что наглядно продемонстрировала ситуация в ЖКХ «Бесоба», ставшая (будем надеяться) для всех большим уроком. Независимое расследование «Береке-КАБа» позволило установить, что, во-первых, здание было построено на разбухающих грунтах. Когда сделали шурфы, выяснилось, что у здания отсутствует фундамент. Если экономистам удалось просчитать размеры материальных убытков, то как оценить моральный ущерб, нанесенный жильцам обвалившегося дома? И есть ли выход в создавшейся ситуации, чтобы в будущем избежать синдрома «Бесобы»?
Как сказал Кумар Мусаев, этим спасением может стать введение в процесс строительства должности строительного аудитора, которого нанимает инвестор. В России его называют техническим аудитором, в Европе – гражданским инженером. Практика строительного аудита, существующая во всем мире, позволяет возводить небоскребы, строить плотины и мосты протяженностью в несколько десятков километров. Строительный аудитор участвует в процессе, что называется, «от» и «до», и этим его функции отличаются от обязанностей госслужащего, который зависит от телефонного права. Принцип «четырех глаз», когда система контроля будет осуществляться как государственными органами, так и независимыми аудиторами – самая приемлемая для Казахстана, уверен эксперт.
Директор департамента ГАСК по Алматы Аскар Тутубаев добавил, что главная задача сегодня – строительство не просто красивого, а безопасного для проживания жилья, в особенности, в сейсмоопасной зоне. А такой зоной риска была и остается южная столица. Насколько это проблема актуальна во всем мире, даже в высокоразвитых странах, господин Тутубаев подтвердил опытом Японии, где, по его словам, тоже рушатся дома. Конкретного примера чиновник не привел, зато другой выступающий припомнил шанхайскую «Бесобу», произошедшую в Китае в 2009 году. (Я же вспомнила телевизионный сюжет, когда во время очередного землетрясения в Токио обитатели одной высотки и не думали покидать свои рабочие места: в целях безопасности кто-то залез под стол, а другие встали под дверной косяк).
У нас же, как отметили в прениях выступающие, главная проблема в том, что в определенной степени исчерпан вотум доверия к строительным компаниям со стороны потребителей. Это могут подтвердить те, кто в начале 2000-х годов имел неосторожность приобрести элитное жилье, а с ним и головную боль, связанную с устранением множества недостатков. И все за свой счет. Подрядчик и строители оказались совсем «ни при чем».
Чем энергичнее Аскар Тутубаев убеждал, что новые требования и жесткий контроль со стороны государства дают гарантию качества (по его словам, у нас даже цемент высшей пробы), тем больше у многих гостей КИПРа возникало сомнений, что строящийся новодел в Алматы, да и в других городах, отвечает всем нормам и требованиям строительства.
Так как же контролировать соблюдение всех давно известных правил? Кто-то высказал мнение, что ГАСК как государственный орган не должен осуществлять контроль строительства. Он может быть только организатором и модератором, а полномочия контролеров необходимо доверить общественным организациям и СМИ. В этой связи Сергей Лазарев из «Самрук-Казына» вспомнил случай, когда какому-то случайному прохожему, в прошлом строителю с большим стажем, в строящемся объекте не понравился цвет арматуры. Его письмо стало сигналом для надзорных органов, и в результате строительную компанию «трясли» не одну неделю.
Так уж ли анекдотичен этот эпизод, если учесть, что с профессионалами у нас везде туго, и строительная сфера совсем не исключение. Вот и на заседании выступающие говорили со знанием дела, делая ссылку на большой теоретический и производственный опыт. А ведь такая постановка с кадрами должна быть на всех уровнях, чтобы было с кого спросить.

Салтанат Исмагулова Алматы