Он мог по звуку определить тип летящего самолета

В мае этого года исполняется 100 лет со дня рождения Вениамина Соломоновича Хесса – одного из основоположников скрипичной школы Казахстана. Сегодня Академическая музыкальная культура Казахстана продолжает развиваться во многом благодаря его труду, таланту и любви к людям.

Георгий Афонин,

Хесса и сегодня воспринимают неоднозначно. Кто-то считает его выдающимся педагогом, кто-то сомневается в степени «величия». Одни вспоминают о его человеколюбии и внимании к ученикам, другие - о высокомерии и суровости. Часто отмечается огромный вклад в казахстанскую музыкальную педагогику, есть и воспоминания о его многолетней «войне» с Иосифом Бенедиктовичем Коганом – еще одним профессором по классу скрипки консерватории тех лет. Но ясно одно: Хесс – натура незаурядная, а такому человеку невозможно дать однозначную оценку. Гораздо важнее рассказать о том, что сделал этот человек для развития музыкальной культуры Казахстана. О его учителях, его учениках. Потому что в них – продолжение дела, которому Хесс служил всю жизнь верой и правдой.

В жизни Вениамину Хессу везло с педагогами. В родной Одессе он учился у Петра Соломоновича Столярского, который одним из первых организовал музыкальную школу-десятилетку. После недолгого обучения в Киеве Хесс поступает в Московскую консерваторию, в класс профессора Сибора. Борис Осипович Сибор вместе с Цейтлиным, Ямпольским и Янкелевичем входил в «пятерку» лучших советских скрипичных педагогов. Он, представитель ленинградской школы, учился у легендарного Леопольда Ауэра и совершенствовался у Иоахима, которому Брамс посвятил свой знаменитый скрипичный концерт. Индивидуальность, законченность в передаче музыкальность мыслей, легкость техники - то, что потом будет характеризовать Хесса как музыканта, сам он считал наследием воспитавшей его замечательной школы.

Исполнительское мастерство молодого музыканта совершенствовалось в оркестре Персимфанса – знаменитого Первого симфонического ансамбля Моссовета. Там играли не просто лучшие из лучших, а фанатики своего дела, доводившие исполнение музыкального произведения до совершенства. Не случайно оркестр часто выступал без дирижера, а тогда это было необычно даже для такого культурного центра, каким была довоенная Москва. Консерваторию Хесс окончил как солист оркестра, камерный исполнитель и педагог. Преподавать начал в 1935 году в музыкальной школе Куйбышевского района Москвы, а с 1939 года – в Центральной музыкальной школе при Московской консерватории. Отлично зная скрипичную педагогическую литературу, он безошибочно отбирал для каждого ученика именно то, что было необходимо для его развития в нужном направлении. Великий скрипач Давид Ойстрах сказал: «Зрелый музыкант должен делиться своим опытом с молодежью. Это его священная обязанность». Вениамин Соломонович щедро делился со своими маленькими питомцами всем, что знал и умел.

Началась война, и Хесс добровольцем был зачислен в состав ополчения, служил в Войсках противовоздушной обороны Москвы и частях зенитной артиллерии. Однополчане рассказывали: Хесс славился тем, что мог по звуку определить тип летящего самолета и даже его расстояние до позиций. Во время одного из налетов вражеской авиации Вениамин Соломонович был контужен. Контузия повлекла за собой частичную потерю слуха, который, к счастью, в мирное время восстановился. В 1944 году, когда Вениамин Хесс демобилизовался из кавалерийского полка Алма-Атинского гарнизона, в городе открылась консерватория. Он сразу же включается в музыкальную жизнь Алма-Аты. Работу педагога в Республиканской музыкальной школе-десятилетке, которая в будущем станет носить имя Куляш Байсеитовой, Хесс совмещает с преподаванием в музыкальном училище и консерватории. При этом до 1953 года продолжал работать концертмейстером Государственного симфонического оркестра и оркестра Театра оперы и балета имени Абая.

Когда в консерваторию пришли студенты-фронтовики, никто не верил, что они смогут играть. А Хесс поверил. Потому что сам три года был на фронте. И знал, что если человек по-настоящему любит музыку, преград для него не существует. Нужно дать ему эту возможность, поверить в его силы. И такую возможность государство давало. А Хесс считал музыку делом государственной важности и относился к этому очень серьезно. Поэтому осенью 1946 года в класс к Вениамину Соломоновичу были приняты Георгий Ромащенко, Глеб Жарков и Лида Стрелле. На следующий год к ним присоединились Ахан Нурбаев и Мэри Цышлер. Так родился первый скрипичный класс профессора Вениамина Соломоновича Хесса. Так начиналась история скрипичной школы Казахстана. В это время Хесс становится одним из ведущих деятелей музыкальной культуры республики. Начинается взлет его педагогической карьеры.

Многие из учеников Вениамина Соломоновича, а их за 40 лет работы вышло из alma mater – Алма-Атинской консерватории - немало, стали ведущими музыкантами оперных и симфонических оркестров, успешно преподают в консерваториях и училищах. Нельзя не сказать и о его детище – ансамбле скрипачей. Все ученики музыкальной десятилетки имени Байсеитовой начиная с пятого класса играли на сцене. Ансамбль неоднократно приглашали в Москву, он выступал на сцене Большого театра. Будучи сам концертмейстером в крупных оркестрах, Вениамин Соломонович считал, что ансамбль дисциплинирует, развивает ребенка, приучает слушать игру товарища. Руководя ансамблем, он добивался совершенства в отделке деталей, в достижении высокой ансамблевой точности. Так он вел учеников к настоящей взрослой исполнительской работе.

На одной сцене с ансамблем скрипачей в Москве выступали народный артист СССР Леонид Коган, юные Гидон Кремер, Владимир Спиваков, Андрей Корсаков, Юрий Башмет, Виктор Третьяков. Интересной стороной личности Хесса является то, что он был постоянным слушателем Конкурса имени Чайковского. Каждые пять лет на месяц он уезжал в Москву и не пропускал ни одного выступления, чтобы потом приехать в Казахстан и рассказать о конкурсе своим коллегам. Он был неравнодушным, преданным скрипичному искусству человеком. Другая грань его личности связана с тем, что очень любил скрипку как музыкальный инструмент. У него была коллекция инструментов, на которых он разрешал играть своим ученикам.

Особая заслуга принадлежит Хессу в организации и развитии кафедры струнных инструментов, которую он возглавлял с 1953-го по 1970 год. Заведуя кафедрой, он приобщал учеников к разноплановой музыке, участию в концертной жизни, сам организовывал множество концертов. За заслуги в области музыкального образования Вениамину Соломоновичу были присвоены звания заслуженного учителя и заслуженного деятеля искусств Казахстана.

Но и без грамот Верховного совета и министерских знаков внимания молодежь считала его своим кумиром. Причина, вероятно, крылась в его необыкновенной работоспособности, требовательности и принципиальности. Он был деканом оркестрового факультета и на этом посту вел большую общественную работу, устраивал классные концерты учеников и выступления ансамбля, готовил студентов к конкурсам и редактировал скрипичную литературу. При этом сам играл как участник струнного квартета и квинтета. Композиторы Казахстана - Ахмет Жубанов, Капан Мусин, Сыдык Мухамеджанов, Газиза Жубанова, Куддус Кужамьяров обращались к нему с просьбой осуществить редакцию своих скрипичных произведений. Его редакции являются профессионально безупречными и до сих пор используются в учебно-концертной практике.

Его оценки всегда отличались основательностью суждений, профессиональной компетентностью и ссылками на авторитетных исполнителей. Он знал исполнительскую манеру различных скрипачей и мог рассказать о нескольких вариантах трактовки одного и того же произведения. Он был эрудитом, человеком с большим интеллектом, знавшим лично крупнейших советских скрипачей ХХ века, так как общался с ними в школе своего учителя Столярского и во время учебы в Московской консерватории.

К студентам Хесс относился всегда внимательно и чутко. Их неудачи воспринимал как свои, их победам и достижениям радовался как собственным. Они, покинувшие в разные годы стены консерватории, шли к нему за советом. И Хесс всегда отзывался на просьбу своего ученика. Потому что «бывших» для него не было. Поэтому педагогические традиции Хесса сильны и поныне. А школа его славится сегодня во всем мире. Его ученица, профессор Нина Михайловна Патрушева воспитала многих знаменитых казахстанских скрипачей, среди которых Айман Мусаходжаева, Гаухар Мурзабекова, Марат Бисенгалиев, Аида Аюпова. Ученики Хесса работают в Европе, России и Америке, достойно представляют имя своего учителя в стенах лучших в мире музыкальных и педагогических учреждений – в том числе Санкт-Петербургской консерватории, Большом и Мариинском театрах России.

Хесс, человек очень скромный, многолюдью и помпезности предпочитал теплую беседу с искренне любящими его людьми. И для студентов был настоящий праздник, когда в свой день рождения Вениамин Соломонович, расчувствовавшись, садился за фортепиано.

Он был противоречивой личностью. Сложной. Сильной. О таких говорят, что сегодня они уже не встречаются. Постепенно, и это закон жизни, образ его уходит прошлое, теряется за суетой сегодняшнего дня, обрастает легендами. Так появляются в разговорах ветеранов заплатки на локтях его пиджака, так же мелькают в разговорах и бриллиантовые запонки, которые он носил… Человек соткан из противоречий. Иногда они дают такое удивительное и удачное сочетание, каким был Вениамин Хесс. Выдающийся музыкант и педагог ушедшей эпохи.