«Тангейзер» по-алматински

Впервые в истории казахстанского музыкального театра на оперной сцене прозвучала опера Рихарда Вагнера. Смелость дать сценическую жизнь одному из самых грандиозных творений выдающегося композитора – «Тангейзеру» – взяла на себя труппа ГАТОБ имени Абая, возглавляемая специально выписанным из Германии режиссером-постановщиком Ансгаром Хаагом.

Только один раз, 18 лет назад, ГАТОБ имел дело с оперой немецкого композитора – это был «Вольный стрелок» Вебера. Осуществлению замыслов относительно «Тангейзера» помимо честолюбия и желания создать что-то новое поспособствовал и Год Германии в Казахстане. Сама опера всегда вызывала и будет вызывать безусловный интерес со стороны мирового музыкального сообщества. После первого исполнения в 1845 году в Дрездене «Тангейзер» удостоился как восторженных похвал, так и крайне резкого порицания со стороны критиков. Так, Эдуард Ганслик, наиболее влиятельный венский музыкальный критик, написал о «Тангейзере» после премьеры: «Я твердо убежден, что это лучшее, чего удалось достичь в большой опере за последние двадцать лет... Рихард Вагнер, я уверен, величайший драматический талант среди всех современных композиторов». Это изрекли уста человека, которого меньше всего можно назвать поклонником Вагнера. Но сам Вагнер с этой оценкой был абсолютно не согласен и придерживался прямо противоположного мнения: «Meine schlechteste Oper» («Моя худшая опера»). Когда «Тангейзер» впервые ставился в Париже, Вагнер с радостью (и блеском) написал для него балетную сцену (две пантомимы на темы античных мифов), поскольку наличие балета было непременным условием оперных спектаклей в эпоху правления императора Наполеона III. К сожалению, единственным подходящим местом для введения балета была сцена в первом акте. Но с точки зрения молодых парижских денди из Жокейского клуба, патронировавших парижскую «Гранд-опера», этот балет шел слишком рано. В это время они еще не являлись в театр и потому не успевали увидеть самое для них привлекательное — молоденьких балерин, которых они обожали. Рассерженные таким положением дел, эти веселые парни организовали своего рода молодежный протест: на втором и третьем спектаклях их выходки были столь безобразны, что Вагнер забрал свое произведение. В итоге в театральной практике парижская редакция «Тангейзера» не закрепилась.

Зато повсеместно исполняется увертюра к опере – одна из самых популярных пьес, входящих в программы симфонических концертов классической музыки. Она основана главным образом на хоре пилигримов, с которого опера начинается и которым она завершается, и частично на контрастной ему музыке оргий в гроте Венеры. Таким образом, она как бы обобщает тему всего сюжета — сражения Любви Небесной и Любви Земной за душу героя. Музыка «Тангейзера» томительно, волнующе красива, что в полной мере оправдывает определенную затянутость действия. Как пишут искусствоведы, «только немцы выдерживают длинноты». Впрочем, алматинским меломанам еще повезло, что выбор труппы пал на «Тангейзера», идущего три часа. Она могла бы предпочесть тетралогию «Кольцо нибелунгов», общая продолжительность которой составляет 15 часов.

Главную партию в спектакле исполнил ирландский тенор Пауль Макнамара, давно съевший собаку на операх великого немца. Он был призером конкурса певцов Британского общества Вагнера, получил от него Байройт-стипендию, а также являлся финалистом конкурса Вагнера в Сиэтле в 2006 году. Великолепно звучал бас солиста Узбекского театра оперы и балета имени Навои Кирилла Борчанинова, в последнее время прочно занятого в репертуаре ГАТОБ. Порадовала молодежь: Олег Татамиров, Жанболат Жумагазин, Серик Аукатов и Ольга Лукашева. А примы Жамиля Баспакова и Дина Дютмагамбетова яркими и запоминающимися образами богини Венеры и Елизаветы пополнили свои коллекции ролей. Что не произвело впечатления, так это декорации немецкого художника-постановщика Керстин Якобссен. Довольно примитивные, они явно претендовали на статус современных, при том, что почти все персонажи были одеты в костюмы, соответствующие древней эпохе. Такое смешение стилей получилось не слишком-то гармоничным, и мозг то и дело терзала мысль: «Выбрали бы что-нибудь одно». Радует тот факт, что теперь в ГАТОБ все спектакли зарубежных авторов, идущие на языке оригинала, стали сопровождаться русскими субтитрами. Зрители в результате получили возможность в полной мере сопереживать героям, а артисты – получать от них значительно большую отдачу.