Сын за отца

Те, кто посещал Дом кино до реконструкции, изменившей его облик до неузнаваемости, помнит, какой дух элитарности там тогда царил. Здесь обитали избранные.

Ес-ага, как сокращенно звали Искандера Тынышпаева все, знавшие его, был в числе самых почитаемых. И не потому, что в середине 80-х (с того самого времени, как я с ним познакомилась) он достиг почтенного возраста: язык не повернулся бы назвать стариком высокого статного мужчину. Прежде чем в узком коридоре появлялась его атлетического сложения фигура, где-то внизу в вестибюле, светлом и просторном (сейчас похожем на склеп) раздавалось характерное для курильщиков с большим стажем покашливание. По мере приближения голоса с непередаваемыми интонациями мы невольно подтягивались. После пожатия руки - неизменного, кроме нежных объятий, ритуала приветствия, вскрикивали: «Ну у вас, Ес-ага, и силища!». На что следовал лаконичный ответ: «А это я на лесоповале закалился!». Помню, правда, без подробностей (не хватило смелости на расспросы), его рассказ, как на Зеленом базаре он однажды завалил известного в городе силача. Похожая на легенду судьба Искандера Тынышпаева казалось такой невероятной, что досужие вымыслы, бытовавшие на «Казахфильме», не могли добавить хотя бы одно слово неправды в его биографию. Все так и было.

В 1928 году он поступил на операторский факультет ВГИКа (тогда в этой аббревиатуре не доставало заглавной буквы, и назывался он Государственным институтом кинематографии). Этим он был обязан своему отцу. Мухамеджан Тынышпаев уже во время учебы в Верненской мужской гимназии (в аттестате по всем предметам, включая церковнославянский, логику, латынь, физику, математическую географию, историю, русский и французский языки, стояло неизменное «отлично») проявил блестящие способности к математике. В 1906 году после окончания Петербургского института инженеров путей сообщения имени Александра Первого он возвращается домой с главной целью. Строительство железнодорожной магистрали, соединяющей Туркестан с Сибирью (Турксиб), стало смыслом всей его жизни. Почти с раннего детства Искандер был рядом с отцом во всех его экспедициях Отсюда страстная увлеченность фотографией: пленка фиксирует разнообразие природы, обычаев, лиц, калейдоскоп картин. Позже кинокамера запечатлеет все увиденные красоты в движении.

Во время учебы в московском окружении Искандера будущие знаменитости – актер Борис Бабочкин, фронтовой кинооператор Роман Кармен, создавший хронику Великой Отечественной войны от первого до последнего дня (совместно с Карменом в 31-32 годах он снимет документальный фильм «Далеко на Востоке»). С Леонидом Косматовым, который, как и Головня, заложил основы советской операторской школы, их будут связывать долгие узы дружбы: к нему во ВГИК Ес-ага будет направлять всех своих учеников.

После ВГИКа Тынышпаев работает в алма-атинском отделении «Востоккино», где сценарный отдел возглавлял писатель Ильяс Джансугуров. Первый фильм, снятый молодым ассистентом оператора, - «Алма-Ата и ее окрестности». «Смычку Турксиба» он сделал самостоятельно в 1929 году. Республиканская газета «Советская степь» написала о слабом техническом оснащении студии, о невозможности «создать большие фильмы, проявлять, монтировать и печатать их». По сути, это было приговором. Однако во вновь созданной в 1935 -м Алма-Атинской студии кинохроники - с киносъемочными камерами, осветительными прожекторами, монтажными столами, Тынышпаев-младший не работает. В его творческой карточке, написанной собственноручно, после работы в «Востоккино» идет следующая запись: «1933-1943, зав.фотолабор., кинооператор в системе трудов. лаг.» (правописание сохранено в соответствии с оригиналом. – Прим. автора). Сохранился еще один документ за подписью и.о. начальника Тагилстроя НКВД СССР Протопопова, удостоверяющий, что фотографу редакции «Сталинская стройка» Тынышпаеву Искандеру Мухамеджановичу разрешаются фотосъемки на всех объектах строительства.

Этому трагическому повороту его судьбы предшествовали события, о которых известно следующее. Его отец Мухамеджан Тынышпаев (коему император пожаловал дворянское звание) кроме главной профессиональной деятельности не менее важным, наряду со строительством железной магистрали, считал обустройство жизни своих соплеменников. «Туземным» населением Семиреченской губернии он избирался депутатом 2-й Государственной думы. Был ярым патриотом - в не затрепанном нынче, а высоком понимании этого слова. Он один из лидеров Алаш-Орды. Премьер-министр Кокандской автономной республики во главе с Мустафой Шокаем. Участь Мухамеджана Тынышпаева и его соратников была предречена с самого начала установления советской власти. Он еще много успеет сделать как инженер-путеец (а сколько неосуществленных планов!). А с 1931-го аресты и вызовы в ОГПУ стали систематическими. Через год его выслали в Воронежскую область.

Мухамеджана убили не сразу, он жил на поселении, куда в 32-м году к нему приехал его старший сын. В семейном архиве Тынышпаевых есть снимок, сделанный на фотоаппарате, который был подарен отцом сыну. Фотография, запечатлевшая их обоих в момент встречи, поражает разительным контрастом. В глазах Мухамеджана, который выглядит измученным, глубоким стариком (ему нет еще и 60 лет!), - обреченное смирение «смертника». А рядом улыбающийся сын, который по молодости полагал (и надеялся), что произошло какое-то недоразумение. Ошибка. Мухамеджан Тынышпаев не может быть «врагом народа»! Сын никогда не откажется от отца, не предаст его живого, а позже – не предаст забвению память о нем, чего бы ему это ни стоило.

Сколько длилось их последнее свидание? Неделю, а может, месяц. Искандер купил отцу корову и маленький домик, чтобы хоть как-то облегчить существование в изгнании. Вдали от родных мест. Репрессивная машина не заставила себя долго ждать. После свидания с отцом Искандера вызвали в ГПУ. Следователь, не подозревавший о взрывном темпераменте Тынышпаева-младшего, во время допроса бросил обвинение: «Пытаешься помочь шпионам!». На что последовал мощный удар кулаком.

Ес-ага позже рассказывал молодым кинооператорам, что этот силовой «аргумент» позволил ему выжить в условиях Гулага - среди зэков и прочей швали. Первый приговор – высшую меру наказания заменили десятилетним сроком заключения (следователь пришел в себя только через сутки).

Ес-ага выжил, но шрамы прошлого остались в виде лиловых рубцов с вшитыми кардиостимуляторами, то с правой, то с левой стороны. «У меня железное сердце!»- любил пошутить аксакал, внешне сохранявший богатырскую невозмутимость. Он носил свою боль в себе. Дочь Тынышпаева Елена рассказывает, что в доме на эту тему никогда не говорили, существовало негласное табу. А физическая стойкость и мощь у него были не показными: зимой, несмотря на крепкие морозы, он спал на балконе в спальном мешке. Он не играл в великомученика и уж тем более не считал себя жертвой злодейки-судьбы. Как он отличался от одного уважаемого кинематографиста, который, как рассказывали, отделался в 37-м легким испугом и с тех пор разговаривал тихим, придушенным, голоском!

На киностудии, особенно на «хронике», его любили и чтили по-особому. В фильме Игоря Гонопольского «Линии судьбы» кинооператор Вячеслав Белялов признается, что благодаря Тынышпаеву увлекся фотографией, благодаря хлопотам Ес-ага попал во ВГИК. Как Болат Нусипбеков, как Айбек Шорабаев.

Он был вхож в кабинет к Кунаеву, и этим, конечно, пользовались те, кто пытался разрешить свои проблемы. Материальные, квартирные, профессиональные. Но для себя и близких Ес-ага никогда не просил.

Однажды, не помню точно, когда это было, он принес в Дом кино книгу Мухамеджана Тынышпаева «Материалы к истории киргиз-казахов». Изданная в Ташкенте в 1925 году, она представляла собой исчерпывающую характеристику казахских родов (жузов). В воздухе уже витали «бациллы» либерализма, надвигалась перестройка, но после декабрьских событий 86-го было тревожно. Книга, отпечатанная на ротапринте, еще запрещенная, ходила в те годы по рукам. Попала наконец и к нам. Помню, как мы с сестрой с гордым удовлетворением и нескрываемым ликованием прочитали родословную своих предков.

Исторический труд Мухамеджана Тынышпаева опровергал большевистскую теорию о том, что история казахов началась с 1917 года. Так вот что пытались скрыть от нас власть придержащие! За это и многое другое поплатился он своей жизнью. Его сыну Искандеру это стоило самых лучших лет молодости!

PS. От имени редакции автор выражает глубокую признательность Елене Искандеровне Тынышпаевой - за помощь в подготовке материла. За бережную, любовную сохранность (не раз оплаканных!) важнейших документов истории. За верность памяти отцу и деду, лучшим сынам своего народа.